Иноземный театр Иноземцева или Инzестезия

- Сколько спектаклей в вашем репертуаре?
- Реально у нас два спектакля для сценических условий, для традиционных - или не очень традиционных - театральных залов: "ДК Данс" и "После".

- Вы говорите о нетрадиционных залах... Что может служить площадкой для ваших выступлений?
- Все, что угодно. Мы сами предпочитаем играть в нетрадиционных условиях. Это особая эстетика, философия искусства... Да и жизнь - штука суровая. К сожалению, чтобы выходить на зрителя регулярно, мы вынуждены идти на компромисс. Спектакль "После" - это как раз такой большой компромисс, в нем найдено нетрадиционное решение традиционного пространства.

- В ваших спектаклях важное место занимает также музыка - группа "Плато" в "ДК Данс", Виталий Артист в "После"...
- На самом деле это одни и те же люди, которым просто прикольно с нами работать. Виталий Артист, кстати, тоже играет в группе "Плато". Она не выступает как концертирующая группа, их можно услышать только у нас.

- С кем еще хотели бы, могли бы сотрудничать?
- У нас возникали очень хорошие отношения с группой "Нагуаль", пару перфомансов мы сделали с ними. Конечно же, меня интересуют музыканты, которые могут свободно импровизировать.

- А сами что слушаете?
- Я человек всеядный, мне многое нравится. С другой стороны, возраст накладывает свой отпечаток, и с его высоты кажется, что ничего лучше, чем в шестидесятые или семидесятые, не случилось. Какая музыка мне нравится, легче всего понять из спектакля, потому что все вещи, которые мне «западают», рано или поздно прозвучат и на сцене.

- Два года назад случилась скандальная история с учительницей, которая привела свой класс на ваш спектакль в порядке экскурсии, а потом потребовала, чтобы вас запретили. Это для учителей вы теперь пишете на афишах «Только для взрослых»?
- Так мы себя оберегаем. Хотя, конечно, наши спектакли сложно уберечь от всех казусов – слишком сильно они «выпадают» из понятия санкционированного, разрешенного…

- Ну а если дети всё-таки попадут на ваш спектакль? Что тут такого? Действительно ли это так ужасно?
- Мы это пишем не для того, чтобы билетер стоял на входе и не пускал детей. Как на порносайтах вешают надпись «до восемнадцати». Если вы к этому готовы – пожалуйста, заходите. Мне больше нравится другой слоган, который мы придумали: «NO КУЛЬТПОХОД!» На самом деле приходит довольно много детей с родителями, и они замечательно все воспринимают. Я никогда не сталкивался с проблемой восприятия неподготовленным зрителем, будь то дети или деревенские бабушки. Проблема исходит как раз от чересчур «окультуренного» зрителя.

- И чем так страшен «культпоход» как элемент «окультуривания»?
- Это навязывание культуры, когда сама ситуация этому противоречит. Собирают вместе этих несчастных школьников, приводят в театр… понятно, что у них совершенно другие заботы. Они должны сами себя привести.

- Но для этого еще надо «дозреть», на что шансов у современного школьника не так много… Что, если они так и не «созреют»?
- Что поделать. Театр – штука элитарная, и если он пытается быть каким-то иным, то это его не украшает и не обогащает.

- Вы так говорите, а на самом деле занимаетесь постановкой детских спектаклей в ТЮЗе…
- Я просто там работаю. Нормальная работа, как и любая другая. На какие-то вещи закрываешь глаза и занимаешься своей профессией. Когда меня туда пригласил Андрей Федорович Андросик, я ему активно помогал. Он тоже боролся с «культпоходами» в пользу «семейного театра»: он был за то, чтобы в театр приходили семьей, а не классом. Мы с ним делали очень интересные спектакли, но они рождались и умирали, потому что театр не знал, что с ними делать потом. Спектакль умирает от «проката», когда начинаются все эти «походы»... Я сначала переживал, а потом понял, что никакого здоровья на это не хватит. И теперь я делаю спектакль, а дальше – поступайте с ним как хотите.

- Что можете сказать о последнем таком спектакле, «Маугли»?
- Проблема в том, что спектакль совсем недетский – он для подростков, для юношества. Традиционно «Маугли» читается как сказка про мальчика и зверюшек, но на самом деле это гораздо более серьезная вещь, чем мы представляем себе по мультикам.

- Вас устраивает реакция зрителей на этот спектакль?
- Нет, конечно. Как можно быть довольным, когда они приходят на спектакль с пачками чипсов? И заняты только чипсами и своими телефонами? Они пришли не туда. Но это не мои проблемы. На моем собственном спектакле такого не было и не будет. Потому что ко мне приходит свободный зритель.
Недавно мы играли «ДК Данс» и «После», и я слышал, что в зале сидели дети. Потому что они заливались смехом…

- А такая реакция вас устраивает?
- Конечно. Пришел с родителями мальчик. Он смотрел, радовался. Это была его реакция на спектакль, а не на чипсы.

- Вы сейчас много работаете с молодежью, занимаетесь преподаванием…
- Да, это сейчас одна из основных моих форм деятельности, и в последнее время это мне нравится даже больше, чем мое собственное актерство.

- Какие студенты к вам приходят, какие у них ожидания?
- Я стремлюсь к тому, чтобы приходили люди, которые уже видели наши спектакли. Чтобы не возникало вопросов «Чем мы будем заниматься?» или даже «А где танцы?» Бывает, что люди ошибаются дверью – видят слова «танец буто» и реагируют только на слово «танец». Никаких «кастингов» я не устраиваю – прийти может любой желающий.

- Какие качества требуются от студента?
- Желательно, чтобы тело было готово к движению. Есть такое понятие «физического таланта», он выражается в избытке физической энергии. И дело даже не в конкретных умениях: вот приходит человек, сообщает, что два года занимался танцами… Техника в таких случаях даже мешает раскрепощению, человек за нее держится и не может отказаться. Мы давно занимаемся студийной подготовкой такого рода, и наша проблема в том, что сейчас способные люди уходят в спорт, в «энергозатратные» формы самовыражения вроде брейкдэнса. И к нам приходят все больше люди интровертные, загруженные изнутри, не имеющие опыта движения. А с другой стороны – они интересны внутренне, духовно, ментально. Наблюдается диспропорция, и мы пытаемся ее преодолевать.

- И куда потом деваются ваши ученики? Реализуют ли они себя в театре?
- Когда этой осенью ко мне пришло сто человек, я сразу принялся их пугать, чтобы они хоть немножко отсеялись… Как говорил один из известных мастеров буто Мин Танака: «Я могу научить вас божественному танцу, но что вы с ним будете делать – это ваше дело». Искусство – дело бесполезное. Можно затем пытаться решить социальные задачи вроде зарабатывания денег - но это уже выходит за пределы искусства.

Фото: Андрей Ленкевич

Персона

Впечатления